середа, 12 липня 2017 р.

Интервью с Кильчицкой: Став президентом, Янукович вымогал у Черновецкого миллиард долларов (ФОТО + ВИДЕО)

Интервью с Кильчицкой: Став президентом, Янукович вымогал у Черновецкого миллиард долларов (ФОТО + ВИДЕО)

Поделиться
Опубликовано: 12.07.2017, 14:30
Победил ли второй Майдан коррупцию в Украине, где надежнее всего хранить сбережения, какую сумму, ставши президентом, потребовал Виктор Янукович от Леонида Черновецкого и в чем заслуга Виталия Кличко как мэра, рассказала в авторской программе Дмитрия Гордона на канале "112 Украина" экс-заместитель бывшего мэра Киева Леонида Черновецкого Ирена Кильчицкая. А также кто является отцами ее детей и почему она не стесняется своего материального положения. Издание "ГОРДОН" эксклюзивно публикует текстовую версию интервью.



  Дмитрий ГОРДОН Основатель проекта

В фильме "В постели с КГБ" я снималась с Казаковым и Кончаловским
– Ирена, добрый вечер.
– Привет. Добрый вечер, уважаемые зрители.
– Ты знаешь, глядя на тебя, я вспоминаю Леонида Михайловича Черновецкого…
– …мы похожи? (Улыбается)…
– …и его легендарную фразу: "Я и моя молодая команда". Леонида Михайловича в Киеве давно нет, он далеко, как и целый ряд членов его "молодой команды", а ты у меня в студии и по-прежнему молода и красива. Тебе что, Леонид Михайлович дал какую-то молодильную таблетку?
– Нет, нам их постоянно передают из космоса, как космонавтам, и мы все молодеем. "Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым"…
– …не расстанусь с комсомолкой…
– ...да (улыбается).
– Ты была секретарем суда, работала в военной прокуратуре, а затем вообще – в КГБ…
– …в советском КГБ…
– …в советском. Скажи, ты КГБшница или КГБистка?
– Когда я говорю, что работала в КГБ, меня переспрашивают: "В СБУ?". Я отвечаю, что нет, СБУ – это совершенно другая организация. В КГБ служили очень достойные, интеллигентнейшие люди, патриоты, у которых были принципы, которые отстаивали интересы своей родины, защищали ее и так далее. И никак нельзя сравнить это с тем, чем сейчас, к сожалению, занимается наша Служба безопасности – в основном личным обогащением, а не защитой интересов страны.
– Чем ты занималась в КГБ?
– Я была заведующей уголовной канцелярией, секретной ее части, готовила почту, распечатывала или печатала, ну не доносы, а…
– …сигналы…
– …нет, сообщения агентов. Также занималась канцелярской работой. У меня там была подписка о неразглашении…
– …в общем, не скучала…  
– Если ты хочешь, чтобы я все это тебе рассказала, то скажу, что, несмотря на прошедшие десятилетия, я еще имею какие-то моральные основания не разглашать того, чем занималась.
– Мы в прямом эфире, перед которым договорились, что я буду задавать тебе жесткие вопросы…
– …да…
– …и ты будешь на них отвечать…
– …да, чем жестче, тем лучше.
– Значит, начинаю задавать жесткие вопросы…
– …давай.
– Генерал милиции Куликов сказал, что в КГБ ты работала проституткой…
– …так… официально? Там была такая должность?..
– …о чем свидетельствует фильм "Проститутки на службе у КГБ", где в свое время ты снималась с Михаилом Козаковым и Андроном Кончаловским…
– …не самая худшая компания. Мы не вместе занимались сексом, я надеюсь, по версии Куликова (смеется)…
– …что он имел в виду?
– А генерал Куликов – это не тот, в очках, бывший депутат?
– Да…
– А почему он генерал? Он сам себе придумал такое звание?
– Я думаю, что он генерал, а он не генерал, да?
– Ты что, Дим! Во-первых, он ни по возрасту, ни по другим критериям не подходит под звание генерала. Знаешь анекдот, когда в сумасшедший дом помещают человека и спрашивают, как его зовут. Он отвечает, что Наполеон. "А, тогда – в 6-ю палату, у нас там пять таких", – говорит врач. "Доктор, вы не поняли, я торт", – объясняет больной (смеется).  Поэтому, когда ты сказал: "Генерал Куликов"… Я не знаю, кто он, но думаю, что прапорщик или сержант. Смотри, действительно был документальный фильм под названием "В постели с КГБ"…
– …а-а…
– …да. Этот фильм делали о службе КГБ, ко мне обратились из Москвы, но я тогда только родила дочку Монику, у меня, к сожалению, в тот период умерла мама. Я была в очень плохом и физическом, и душевном состоянии. Съемочная группа НТВ связалась со мной в феврале и специально ждала два месяца, чтобы отснять со мной сюжет. Я не была в курсе того, что именно они собирались снимать, но, смотри, я никогда не подам вида, даже если понимаю, что меня где-то подставляют. Я могу тебе по секрету рассказать, твоей жене, друзьям, но я ни за что не признаюсь в этом публично. Я не знала ни как будет называться фильм, ни о чем он. Они просто сказали, что снимают кино о том, как в советское время люди работали в КГБ, что им для этого нужна какая-то женщина, что они посмотрели списки, и из всех известных женщин (смеется), которые работали в КГБ за все время его существования, они решили выбрать именно меня…
– …странно, да?
– Да. Поэтому я согласилась. Кстати, если бы я знала, что в фильме, который назвали "В постели с КГБ", были задействованы Михаил Козаков и Андрон Кончаловский, я бы раньше в нем снялась. Но потом мне позвонил Черновецкий и сказал, что с ним связались из Америки и рассказали, что я участвовала в фильме, где призналась, что, работая в КГБ, занималась совращением зарубежных агентов, вербовкой…
– …сексуальной вербовкой?
– Да. Смотрите, в следующем году мне исполнится 50 лет (мы с тобой почти ровесники, и все дни рождения отмечаем вместе), и этот фильм оказался в некоторой степени провокацией…
– …так занималась или нет?
– Такой должности вообще не было. И те, кто этим занимался, послушай меня, точно не имели каких-либо соответствующих записей в трудовой книжке. Но когда мне позвонил Черновецкий и сказал, что я снялась в каком-то там фильме, который называется "В постели с КГБ" и призналась, чем я в этой службе занималась, я ответила: "Леонид Михайлович, честно, вспоминая все постели, вот о "постели с КГБ" ничего плохого припомнить не могу" (улыбается). Потом я узнала, что в этом фильме снялись Андрон Кончаловский и Михаил Козаков, то есть две крупнейшие знаменитости, и мне это в любом случае приятно. Но когда у меня брали интервью, речь шла просто о том, что КГБ с помощью отношений между мужчинами и женщинами вербовало…
– …с помощью красивых женщин. Ты участвовала во всем этом, скажи?
– Я рассказала, чем я занималась в КГБ, как я уважала эту работу, служила и хотела достичь высокого звания офицера. Правда, мне сразу сказали, что там женщине никогда до генерала не дослужиться, а я была бы хорошим руководителем КГБ, поверь мне…
– …не сомневаюсь…
– …у меня все замашки для этого есть. И потом, после моего интервью, просто показали отрывок из фильма "Интердевочка", где Елена Яковлева заходит в гостиницу. Все. На этом все и закончилось. Но я очень горжусь, что снялась в одном фильме с Михаилом Козаковым, царство ему небесное, и Андроном Кончаловским.


–  Хорошо, ответь, да или нет: ты занималась сексом для вербовки людей, работая в КГБ?
– Послушай, я…
– …да или нет?
– Точно нет. Потому что, если бы я этим занималась, информация о моей работе в КГБ была бы скрыта.
Деньги лучше хранить в трехлитровых банках, потому что они надежнее украинских
– Семь лет ты работала в "Правэкс-Банке"…
– …да…
– …была его вице-президентом. Вот я, например, после 91-го года, когда люди остались без сбережений, не храню деньги в банке…
– …правильно делаешь…
– …и всем говорю, чтобы этого не делали. Украинцам не вредно хранить деньги в банках?
– Сейчас – опасно, вредно, и я категорически не рекомендую этого делать. Потому что Нацбанк ведет непорядочную работу по отношению к банкам коммерческим и косвенно – к вкладчикам, заемщикам и так далее.
– Где людям хранить свои сбережения?
– Точно в банках, для того чтобы они не сгорели при пожаре или не намокли…
– …в банках?
– В банках (смеется)…
– …трехлитровых?
– Я тебе скажу, что лучше в трехлитровых, потому что они надежнее, чем украинские банки.
– То есть в трехлитровых банках?
– Лучше да…
– …и где их зарывать?
– Также деньги можно хранить в иностранной валюте и недвижимости. Кстати, сейчас неплохое время для вложений в недвижимость, потому что этот рынок находится…
– …внизу…
– …да. Еще я хочу тебе рассказать некоторые моменты о моей работе в банке. В то время мне очень многие известные люди доверяли, потому что я киевлянка, с 75-го года прописана по одному и тому же адресу в центре Киева…
– …тебя можно найти…
– …хотя недавно журналисты таки вычислили, что я живу на Печерске, возле Ботанического сада. Но, с другой стороны, я очень рада, что наконец-то все поняли, что я проживаю в Украине. Потому что мне часто говорят при встрече: "Ой, здравствуйте, вы прилетели в Украину?". То есть давно ходят слухи, что я перебралась за границу, но ты же прекрасно знаешь, что это не так. Я не могу жить не здесь – я патриот Украины. Мне некоторые рассказывают, что уезжают за рубеж с детьми, потому что у них там пропадает какая-то аллергия, они начинают себя лучше чувствовать. Дим, я за границей больше недели находиться не могу…
– …понимаю…
– …и мои дети, соответственно, тоже. Потому что у них, как и у меня, аллергия на долгое отсутствие в Украине. Но такого не бывает, я нахожусь за границей максимум две недели в год – это летом на отдыхе. А если улетаю по делам, то лишь на несколько дней.
– Ты была заместителем мэра во время работы "молодой команды". Скажи, пожалуйста, ты взятки брала?
– Никогда! Первая запись в трудовой книжке у меня появилась в 16 лет, потому что в июле я устроилась в Залізничний районный суд города Киева, а 22 августа мне исполнилось 17. Я трудоголик и очень люблю работать. Потом я перешла в военную прокуратуру Киевского гарнизона, а после – в КГБ. Дальше – в Киевский военторг и работала освобожденным секретарем комитета комсомола. А из суда и прокуратуры я ушла из-за маленьких зарплат. У меня ведь прокурорско-следственная специализация. Я закончила юрфак Киевского университета (имени Тараса Шевченко.  – "ГОРДОН"). На тот момент это был единственный университет страны, а сегодня каждое ПТУ так называется. Но уровень советского ПТУ (я за советское образование) был выше, чем многих сегодняшних университетов…
– …сто процентов…
– И что я хочу сказать, почему я оттуда ушла…
– …там мало платили и брали взятки…
– Тогда взятки так не брали, только духами, прибалтийскими шпротами и сырокопченой колбасой, потому что все это было в дефиците. Но я понимала, что хочу жить хорошо. Поэтому училась в университете на вечернем отделении, хотя я из полной семьи. К сожалению, сегодня папа и мама уже, скажем так, наблюдают за мной и моими детьми не из этого мира. Но я считаю, что у меня с ними есть духовная связь, я ее чувствую, как и их поддержку. Но росла я в полноценной семье, жила в центре Киева. У меня были интеллигентнейшие родители. Знаешь, мой папа, перед тем как поздороваться, три раза извинялся. Мама проработала всю жизнь в красном корпусе Киевского университета...
– …в кого же ты такая, скажи?
– Да ты понимаешь (смеется)…
– …ни разу не извиняешься!
– Я тебе скажу: жизнь внесла свои коррективы…
– …хорошо, взятки брала?
– Не брала никогда…
– …никогда…
– …и именно поэтому ушла в коммерцию. Я не могу, я этого просто не умею. Проверьте меня на любом детекторе лжи, я никогда не брала никаких взяток.
Испугавшись мужского внимания Януоквича ко мне, его окружение внушило ему, что я несдержанная и психически не нормальная
– Идем дальше. Правда ли, что когда в 2010 году Янукович стал президентом, он вымогал у мэра Киева...
– …правда! Миллиард!..
– …у Леонида Михайловича Черновецкого миллиард долларов...
– …да, да…
– …а Леонид Михайлович дать отказался и сказал: "Я чист, ни одной моей подписи вы нигде не найдете"?
– Дима, я тебе расскажу, что у нас было не только енакиевское барокко, но и енакиевская банковская система и енакиевская экономика. Я не буду говорить фамилии, но назову должности: тогдашний председатель СБУ, который сегодня находится в стране не столь отдаленной, жаль, что не за гратами, но все равно в Украину въехать не может, благодаря своим бывшим друзьям и партнерам, докладывал в Администрацию Президента, что я стою под $100 миллионов, то есть они думали, что я имею примерно столько денег, и от этой суммы считали, кто сколько должен занести…
– …Януковичу?
– Да. Во-первых, мне это было очень приятно. Я сказала, что я от $100 миллионов готова отдать 99% (смеется), но пусть они мне вернут 1%, а все 99% – это их. Но я спросила, как же они вычислили эту сумму? Оказывается, они считали, что Черновецкий якобы наворовал миллиард долларов, а поскольку мы все имели по 10%, то я – $100 миллионов! (Смеется.) Знаешь анекдот про навар от яиц, когда встречаются два одноклассника, и один рассказывает другому, что зарабатывает тем, что покупает десяток сырых яиц за 10 гривен, варит их, а потом продает по гривне за штуку. "Так в чем же твой заработок?" – спрашивает первый.  "А навар от яиц?!" – отвечает второй. Вот примерно так же и они посчитали, что у меня есть $100 миллионов.



– Хорошо. Черновецкому сказали: "Дай миллиард", да?
– Да, примерно так.
– Что он ответил?
– Я при разговоре не присутствовала. Но мне об этом рассказала жена Леонида Михайловича – Алина, которую я очень люблю, уважаю и считаю своей самой лучшей подругой. Я тогда была с детьми за границей, она мне позвонила и сказала, что у Черновецкого потребовали миллиард (ей это косвенно передали). А потом добавила: "Они не знают моего Леню! Это он от них получит деньги, а не наоборот!". (Смеется.) Мы-то с ней, конечно, понимали, что никакого миллиарда нет, но так смеялись, когда об этом говорили…
– …и не получили ничего?
– Этого я не знаю.
– Тебя хотели посадить?
– Все время. Но лично Янукович – нет. Он постоянно мне посылал правительственные телеграммы и букеты цветов (улыбается)...
– …у вас ничего с ним не было?..
– …поскольку все это делалось через протокольную службу...
– …ты не ответила...
– …я ж тебе отвечаю, подвожу к этому (улыбается). Значит по поводу этих цветов и прочего гудели все. Но окружение Януковича, испугавшись, так сказать, подобного внимания в мой адрес (смеется), внушило ему, что я несдержанная, невыдержанная и не совсем психически нормальная. Большое им спасибо, это единственное, за что я им благодарна, потому что, ну мало ли, мне бы еще пришлось в 40 с чем-то лет разучивать поэзию Чехова! Понимаешь, я хорошо училась в школе, но его стихов из школьной программы я не помню.
– Кто хотел посадить?
– Я тебе скажу – это глава его тогдашней Администрации, я даже не хочу называть эту мерзкую фамилию. Сейчас эта мерзкая фамилия сидит в Верховной Раде, но я надеюсь, что когда-нибудь будет сидеть в тюрьме.
– Правда ли, что ты единственная, кто пользовался абсолютным и безграничным доверием Леонида Михайловича Черновецкого?
– Нет. Леонид Михайлович преподавал мне криминалистику в университете. Мне вообще повезло с преподавателями, среди них были очень известные люди. Кроме Леонида Михайловича, международное право мне читал Сан Саныч Чалый – профессор, бывший первый замминистра иностранных дел, посол. А послы, как и президенты, бывшими не бывают. У меня на юрфаке тогда элита преподавала. Кстати, в советское время для всех юридических вузов 80% учебников писали профессура и академики…
– …Киевского университета…
– да, Киевского государственного университета. Мне повезло: у нас логику Дырда преподавал, ему было 85 лет! Дима, он мне поставил тройку на экзамене, потому что, списывая из-под парты, я перевернула две страницы вместо одной и не заметила этого. И когда я ему зачитывала ответы на вопросы, он сказал: "Еще раз!". Я опять начала тараторить, не отрываясь от листика. Он снова: "Еще раз". Я прочла в третий раз, и он сказал: "Я все понял: вы, когда списывали, видно, два листа перевернули" (смеется)…
– …хорошо, ты не единственная пользовалась доверием Черновецкого?
– Нет, но здесь палка о двух концах. С одной стороны, Леонид Михайлович не доверял никому, даже себе. А с другой – у него были люди, которых он слышал, но я была единственной, которая говорила ему все. Ну можешь представить, если я в прямом эфире могу сказать обо всем, что ты хочешь, не хочешь и даже о том, о чем ты просил меня не говорить. Но когда мы работали в банке, его это очень устраивало, потому что я занималась кредитами, я должна была предупреждать его обо всех рисках, сплетнях, так сказать, моментах вокруг предприятия или чего-то еще.
– Понятно. Ты скучаешь сегодня по Леониду Михайловичу?
– Я с ним общаюсь.
– Общаешься?
– Да. Но я тебе скажу, что он меня очень многому научил. Например, его уникальные фразы: "Человек, у которого нет вопросов – сам вопрос". Потом, если он звонил и спрашивал: "Какие проблемы?", а в ответ слышал, что никаких, он отвечал: "Человек, у которого нет проблем – сам проблема". И еще одна очень смешная история была. К нам из Луганска ехал клиент за большой суммой кредита. И он обязательно хотел встретиться с первым лицом, не директором, а хозяином фирмы. Черновецкий тогда был депутатом, он не занимался этой деятельностью, но с людьми встречался, чтобы понаблюдать, как работает молодежь. И я к нему залетаю, зная, что он спешит в Верховную Раду, и говорю: "Леонид Михайлович, я вас очень прошу задержаться, пробки – клиент опаздывает". А он мне: "Запомни, пробки бывают только в голове. Если человеку нужен кредит, он должен был еще позавчера пешком и в лаптях выйти из Луганска и дойти к этому времени до моего кабинета. Если он еще не получил кредит, а уже – в пробке, представь, что он станет нам рассказывать, когда будет его погашать"…
– …не дали кредит?
– Нет, кредит мы дали, и он его погасил.
Сегодня многие боятся брать взятки, но если берут, то заряжают огромные суммы
– Какие у тебя отношения с Олесем Довгим?
– Сейчас, вообще, были, есть или будут? Что ты хочешь услышать?
– Сейчас…
– Мы с Олесем всегда спорили, потому что мы люди разных поколений. Если они "молодая команда", то я их старше лет на десять-пятнадцать. Просто я очень хорошо выгляжу, да? (Смеется.)
– …таблетки из космоса…
– Да, это таблетки из космоса, только я их раньше начала пить, поэтому на мне лучше виден эффект (улыбается). У нас с Олесем всегда были какие-то споры. Мало того, он людей при должности уважает больше, чем без нее. Он, конечно, поздоровается в любом случае, но по-разному...
– …сейчас он тебя меньше уважает?
– Последнее время мы встречаемся редко, да и то – случайно, но обнимаемся, целуемся, потому что мы все равно родные люди. Но у нас с ним было много спорных моментов.
– Идем дальше. Виталий Кличко как мэр Киева тебе нравится?
– Нравится. Я тебе сейчас скажу почему: я не ожидала, что он не нанесет городу вреда. Есть ситуации, когда главное – не навредить, то есть лучше что-то не доделать, чем сделать, но плохо. Я считаю, что никакого большого ущерба за это время городу не причинено. Но нельзя сравнивать работу Кличко как мэра с работой Черновецкого, Омельченко или кого-то еще. Потому что Украина находится в таких сложных условиях, а Киев – в таком напряжении с беженцами, детьми, больницам, социалкой, дорогами…
– …то есть Кличко – хороший мэр?
– Да. Я считаю так: во многие вопросы Кличко не вмешивается, он окружил себя менеджментом, который выполняет поставленные задачи, мэрия работает, вопросы решаются, и нет никаких скандальных моментов.



– На Майдан ты вышла 1 декабря 2013 года в шубе...
– …да, в баргузинском собольке…
– …ого, в собольке! И с украинским веночком на голове…
– …да, специально.
– Почему вышла?
– Потому что...
– …баргузинский соболек…
– …вышла, потому что никогда не считала себя быдлом, потому что понимала, что уже пора поставить точку – палка была перегнута. Я думала, что после 2004-го это уже невозможно. В 2010 году, выбирая между Тимошенко и Януковичем, я проголосовала за Януковича…
– …ну ты даешь!
– Да. А теперь я буду голосовать за Тимошенко. Я уверена, что на следующих выборах (а Тимошенко будет в них участвовать 100%), я проголосую за нее. Думаю, у нее очень большие шансы. Уже пора женщине стать президентом, я считаю, как в древние времена, когда было очень много русских цариц, и в Украине тоже, в Киевской Руси...
– …хорошо, почему ты вышла на Майдан – понятно. Сегодня, когда Майдан отшумел, и, казалось бы, давай – реформируйся, Украина, что тебя сейчас не устраивает?
– Все то же, что и тебя, и остальных людей. Мы говорили о том, что воровать – это преступление, много воровать – бизнес, а грабить народ – это большая политика. Я считаю, что войну можно было давно прекратить. Но война – это очень большой бизнес, и на нее можно списать много денег, тех, что пошли бы на медицину, дороги и все остальное, и потом это не проверишь никакими ревизиями и экспертизами.
– Коррупции у нас сегодня больше, чем до Майдана?
– Больше…
– …больше?
– Конечно, она огромная. Я думала, что Янукович после 2004 года сделал выводы об украинском народе…
– …а он их и сделал. И украинский народ его выбрал…
– ...да. Я думала, что он поймет, что украинцы все-таки свободолюбивые и в любой момент могут что-то совершить. Хотя я не верила, что люди выйдут на Майдан когда-нибудь после…
– …2004 года…
– ...да, после тех разочарований. Сейчас коррупция намного выше. Смотри, что происходит: если раньше можно было что-то куда-то занести и решить вопросы…
– …а сегодня заносят, а вопросы не решают…
– …подожди, сегодня многие боятся брать, а бесплатно никто ничего делать не хочет (улыбается). А если берутся решать вопросы, то заряжают такие суммы, что вообще передать нельзя. Но поскольку экономика сейчас в упадке, кризис и так далее...
– …хорошо, сегодня целый ряд народных депутатов Украины обвинен в коррупции. Генеральный прокурор Луценко дал им бой. Скажи, пожалуйста, что с этими депутатами будет дальше?
– Кроме Олеся Довгого, я лично знаю Розенблата. Также знакома еще с двумя – это отец и сын – клиенты "Правэкс-Банка". Они из Житомира или Винницы, я не помню…
– …из Житомира…
– …у них огромный маслозавод, они давно с Европой торгуют. Это очень богатые люди, наверное, первые в Житомире. Смотри, сейчас трогают тех, кто с деньгами, с кого можно что-то получить. Царство небесное журналисту Шеремету, никто его убийство не расследует. Мы с тобой разговаривали до эфира, и сейчас я просто хочу озвучить несколько моментов: в университете на юрфаке я училась не очень хорошо, потому что хотела быть следователем, и меня интересовали только уголовное право, криминалистика и так далее. Но какие-то основы римского права я получила –  там, где "око за око". Это мой любимый принцип, кстати…
– …"а зуб за зуб"?
– И "зуб за зуб". Если я где-то могу соблюсти этот принцип, я обязательно это делаю. Кроме того, мы изучали дисциплину "Основы государства и права СССР", потом – "Украины", и там были такие базовые понятия, как, например, "верховенство права" или "закон обратной силы не имеет". Сейчас речь идет не о Жукове острове и Олесе Довгом, а о том, что Олеся, например, могут привлечь к уголовной ответственности за Жуков остров, когда это было коллегиальное решение. Если завтра примут закон, что спикер Верховной Рады (как и секретари местных советов), подписывая постановление, проголосованное большинством, все равно будет нести уголовную ответственность, или каждый депутат, голосуя, потом может персонально за это ответить…
– …тогда другое дело...
– …да. Но если сейчас все это откатят, как и хотят сделать, то просто… Я не буду говорить эмоциональные слова…
– …скажи, что будет?
– Просто, чтобы людям было понятно, как я просила врачей, во время вспышки птичьего гриппа, чтобы они объяснили нормальным языком…
– …да, скажи….
– …не своими терминами, когда у человека просто прыщ на ноге, а они ему об этом рассказывают такими словами, от которых может разрыв сердца случиться. Вот я приведу простой пример: если сейчас случится такой прецедент, что все, что посчитают незаконным, откатят назад, то будет юридический, правовой коллапс. Любой закон или решение, которое было принято за 25 лет существования Украины в Верховной Раде или в каком угодно местном совете, по которому, например, сельчанину выделили землю, или люди приватизировали квартиры, – все это можно будет потребовать назад…
– …будет создан прецедент, когда можно будет все потребовать назад, понятно…
– …и у любого из вас, кто нас смотрит, можно будет забрать приватизированную квартиру в индивидуальном порядке. У вашего соседа – нет, а вот у вас почему-то – да. Это элементарный пример.
– Хорошо, давай так: депутаты, против которых сейчас хотят начать уголовное преследование, будут сидеть или нет?
– Я думаю, что нет. У них есть адвокаты, которые разбираются в вопросах права, готовят документы. Это просто политическая реклама, пиар и мыльный пузырь.
Я не хотела идти работать в Киевсовет
– Это правда, что ты, будучи вице-президентом "Правэкс-Банка", официально получала...
– $100 тысяч, да…
– …в месяц?
– Да, и не хотела идти в мэрию…
– …завидная невеста!
– Да (смеется), всю жизнь "мечтала" взять кого-нибудь на содержание. Ты понял, с моим характером….
– …идем дальше…
– …подожди, я хочу еще сказать, что не хотела вообще идти работать в мэрию...
– …я думаю, со $100 тысяч!
– Я пряталась от Черновецкого две недели, после того как он победил на выборах…
– …он тебя нашел?
– Я не брала трубку, когда он звонил. А нашел он меня через сына Степана, которому он передал банк. Степан у меня забрал все мои направления, проценты и сказал: "Хочешь, начинай с нуля в любом подразделении банка или иди к папе, попробуешь там. Мы за тобой оставляем кабинет"…
– …и ты пошла к папе?
– Да.



– Сейчас ты занимаешься бизнесом?
– Я всегда чем-то занимаюсь, и благотворительностью в том числе. Если честно, я сейчас нахожусь в очередном декретном отпуске.
– Мы о детях и декретах еще поговорим. Ты богатый человек, скажи?
– Я не бедный человек.
– На каких машинах ты ездишь, расскажи? Какие украшения носишь? Какие сумочки, одежду можешь себе позволить?
– Дима, ну возьми забей в Googl'е – я раньше давала интервью. Сейчас я перестала это делать.
– Давай сначала: машины у тебя какие?  
– Ты же знаешь о недавней аварии, по всем каналам показывали, какую машину мне разбили. Ребятам не повезло: ехала бригада пять человек, поцарапали мне машину, и царапина им обошлась в два раза дороже стоимости их автомобиля.
– Хорошо, у тебя одна из машин стоит полмиллиона долларов…
– …примерно да.
– Тебе не стыдно в стране... Опять жесткий вопрос, но ты меня простишь…
– …да…
– …тебе не стыдно в стране, где война, бедность, ездить на машине стоимостью в полмиллиона долларов?
– Нет. Дима, я же вообще очень нестандартный человек…
– …это я знаю…
– …я не вписываюсь ни в какие рамки, и, если я могу что-то где-то нарушить, я обязательно это сделаю. Так что мне не только не стыдно, я этим горжусь. Объясню тебе, почему: сев в эту машину, я официально заплатила в этом году государству Украина три миллиона гривен налогов!..
– …ну и здорово…
– Я многодетная мать-одиночка. Я хочу спросить, что дали другие – первые, третьи, двадцать четвертые лица государства? Ну я анализы мочи и кала, которые они сдают в правительственной поликлинике "Феофания", не имею в виду. Что они дали? Я отдала три миллиона гривен! Я их официально заплатила и горжусь этим! Я желаю, чтобы в Украине было больше людей, которые будут платить такие налоги.
– Хорошо, вот я смотрю, у тебя серьги в ушах, да?
– Да.
– Это Swarovski или бриллианты?
– А где ты хочешь, чтобы были серьги? (Улыбается.)
– Ну есть места еще. Это Swarovski или бриллианты?
– Я бижутерию не ношу.
– Сколько каратов?
– Ну Дим (смущается). Давай весы – взвесим…
– …примерно?
– Ну много.
– Хорошо. Это правда, что ты скупила всю коллекцию ювелирки Жаклин Кеннеди?
– (Вздыхает.) Твои коллеги-журналисты, как всегда, что-то перепутали. Во-первых, не Жаклин Кеннеди, а Кристины Онассис (смеется)…
– …во-вторых, не всю коллекцию…
– …во-вторых, не всю коллекцию, а часть. А в-третьих, это очень интересная история, но она такая интересная и такая историческая, что ей надо посвятить отдельную передачу. Когда у тебя будет программа или какая-то статья о ювелирных изделиях, имей в виду, что какой-то очень интересный абзац я тебе расскажу.
– Как нестандартная девушка, ты просыпаешься в 6 утра каждый день, да?
– Да.
– И ложишься спать в 9 вечера?
– Только давай сейчас скажем, что в студии стоит твоя жена, мы дружим, и ты знаешь об этом не потому, что ложишься и просыпаешься вместе со мной (смеется)...
– …не потому, да. То есть вот так?
– Я ложусь спать где-то в полдевятого-девять вечера, а просыпаюсь в пять часов утра...
– …фантастика!
– Да.
– И кто рано встает...
– …тому бог подает. Я занимаюсь благотворительностью, очень много помогаю женщинам, матерям-одиночкам, которые воспитывают детей-инвалидов. Они их даже не воспитывают, а растят, потому что, например, у некоторых детей работает только 5% мозга. Это в основном родовые травмы. Мужчины, на которых я постоянно наезжаю и обещаю продолжать это делать, которые вообще забыли, для чего они нужны, как они за мамонтами гоняли...
– …и зачем...
– …да, и зачем, собственно. Но я им об этом напоминаю. Потому что они бросают женщин с тяжелыми детьми-инвалидами моментально, а те замыкаются, живут на очень маленькое социальное пособие. Кроме того, что я лично помогаю, я привлекаю и других бизнес-леди, которые таким женщинам оказывают непосредственную помощь.
Пока я не готова назвать имена отцов моих детей
– У тебя четверо детей…
– Да. Это еще не все, это не остановка (улыбается)...
– …сейчас и до этого дойдем. Как их зовут? Сколько им лет? И кто их отцы?
– Хорошо, сейчас будем последовательно отвечать...
– …да, как их зовут и сколько лет?
– Монике 10, Марку в сентябре будет 9 лет, а девочкам-двойняшкам – Матильде и Марсель – 3 августа исполнится по два годика.
– Так кто их отцы?
– Мужчины (смеется).



– Правда ли, что некоторые твои дети родились от анонимного донора спермы?
– Если ты хочешь этим вопросом меня спровоцировать или смутить…
– …я уверен, что мне это не удастся!..
– …и я сейчас начну кричать, что нет, Дима, это точно не был анонимный донор спермы, а Иванов, Петров или Сидоров, то это не так. Если говорить серьезно, то у нас в стране есть очень много коммерческих репродуктивных центров, и был только один государственный в Западной Украине. Но когда я работала в мэрии, мы открыли в Киеве такой государственный центр, где семьи, которые не могут иметь детей, могли вписаться в эту программу бесплатно, за счет государства. Не знаю, как это действует сейчас, но тогда было так. Если серьезно говорить о донорах спермы, то я могу сказать женщинам и девушкам, которые хотят родить ребенка, но не имеют второй половины и ждут ее, как у моря погоды...
– …не ждите, да?
– Да, они дождутся окончания своего репродуктивного возраста, будем называть вещи своими именами, менопаузы, и этого уже не случится. Мировые знаменитости, например, Моника Крус – сестра Пенелопы Крус, родила в 35 лет и на весь мир заявила, что она взяла анонимного донора и поблагодарила мужчин, которые предоставляют свой биологический материал, и что она, может быть, еще встретит свою любовь, но ребенка уже родила.
– Ты родила от анонимного донора спермы?
– Смотри, я сейчас тебе скажу так (задумалась)...
– …вспоминай…
– …(улыбается) я считаю, если вспомнить некоторых кандидатов в отцы моих детей, которых мне приписывали, так лучше пусть будет анонимный донор. Ну это просто такой ответ.
– Хорошо…
– ...я тебе все равно не отвечу. Если я до сих пор не сказала, значит объявлю, кто отцы моих детей, когда я до этого созрею.
– Про кандидатов в отцы…
– Отец сына Марка – француз, его тоже зовут Марк. Мы поддерживаем отношения, но общаемся не часто. Отцы всех девочек – граждане Украины.
– По слухам…
– …так..
– …отец одного из твоих детей – президент одной из стран, это правда?
– Ну я не знаю, это не из сумасшедшего дома сообщение? Может, тот, кто это сказал, находился в одной палате с президентом (смеется)…
– …ты уходишь от ответа, да?
– Да, а что ты хочешь, чтобы я сказала?
– По слухам, опять-таки, ты боролась за Нестора Шуфрича с одной очень влиятельной женщиной, это правда?
– На ринге или где мы с ней боролись?
– Кто же знает…
– (Задумалась). Нет, я так сказать не могу.  Я Нестора знаю лично, он неплохой парень…
– …я думаю, что хороший…
– …я дружу с его бывшей женой – Наташей Вороной. С малым Нестором мы недавно обедали. У него прекрасные дети. С Шуфричем мы не общаемся, но он когда-то, кстати, был клиентом "Правэкс-Банка". На этом все, я ни с кем за него не боролась. Я вообще считаю, что нет такого мужчины, послушай меня...
– …за кого бы ты боролась…
– …да, за кого бы я боролась! И тем более, с женщиной.
– У тебя четверо детей. Еще дети у тебя будут?
– Ты понимаешь, как бог даст. Мы же не знаем, что с нами будет завтра. Я такую вероятность не исключаю и, скажем так, благодаря современным технологиям, спасибо господу и врачам, такая возможность есть у любой женщины. У любой, я повторяю.
– Кто сегодня счастливый обладатель Ирены Кильчицкой?
– Я сама.
– Вот так?
– Да!
– То есть ты хочешь сказать, что ты живешь без мужчины?
– Нет, я хочу сказать, что сама обладаю собой, и больше всех на свете люблю себя. И это помогает. Если вы не полюбите себя, вы никогда не сможете полюбить своих детей, мужа, ближних. Даже в Библии так сказано. Ты меня спросил, кто счастливый обладатель меня? Только я сама!



– Скажи, яркой женщине с таким характером, деньгами, независимостью, трудно найти мужчину?
– Ну, смотря что она делает. Если у нее есть такая цель, может быть, и трудно. Я никогда не искала...
– …они тебя сами находят, да?
– (Смеется.) Во-первых, мне некогда этим заниматься. Я, например, сейчас ищу напиток "Алоэ Вера" по Киеву. Раньше он был, а сейчас его в магазинах нет. Вот мои помощники его разыскивают, чтобы закупить. А мужчину я не искала! Я не могу сказать, сложно это или нет. Вот если я поэкспериментирую, тогда отвечу. Я просто завтра не смогу этим заняться, у меня будет очень насыщенный день, все расписано. Но, если я решу стартонуть, я выберу какое-то время. Знаешь, какие у меня правила? Чем бы я ни занималась: личным, общественным, бизнесом, детьми, приготовлением пищи, я должна делать это немедленно, прямо сейчас. И на каждое мероприятие я выделяю определенное время, в которое я должна уложиться. Я все рассматриваю как проект, в том числе и мужчину. И, в зависимости от его возраста, положения и других обстоятельств, я отвожу на отношения определенный срок и намечаю, что бы я хотела от них приобрести. Если за этот период я не получаю того, чего хотела, я этот проект сворачиваю. Понимаешь?
В том, что сейчас происходит в Украине, виноват народ
– В моем лице, ты сказала, КГБ потерял большого руководителя…
– …да, и не только КГБ.
– …ты можешь когда-нибудь возглавить СБУ или МВД?
– Обязательно. Как только появится такая возможность, я тебе обещаю, что подам свою кандидатуру на конкурс.
– То есть сегодня ты еще хочешь вернуться в большую политику?
– Не только хочу, я вернусь.
– Вернешься?
– Да. Только не сегодня и не завтра, через пару лет, я думаю. Я хочу, чтобы немножко прошло времени. У меня сейчас есть чем заняться – это мои маленькие дети и, кроме того, у меня есть проекты. Ты видишь, молодильные таблетки на меня хорошо действуют. То есть через пару лет я буду выглядеть еще моложе, еще лучше, дети подрастут, вообще все будет хорошо, и как раз наступит самое время идти в большую политику.
– Скажи, пожалуйста, за сколько и где можно купить, мне например, такие же молодильные таблетки?
– Я тебе это отдельно скажу. Во-первых, реклама медикаментов запрещена, во-вторых, должна быть лицензия. Понимаешь, я тебе сейчас расскажу, а люди, которые нас смотрят, пойдут и купят, сделают что-то неправильно и навредят своему здоровью. Даже принять анальгин нельзя советовать, если человек звонит и говорит, что у него болит голова. Я руководила столичной медициной, ты это помнишь. И я точно знаю, что запрещено давать подобные советы по телевизору или радио. Понимаешь, любые таблетки: и молодильные, и состаривающие, и какие ты хочешь, они всегда…
– …индивидуальны…
– …несут какие-то побочные эффекты. Поэтому надо учитывать вес, рост, возраст и прочее и обязательно консультироваться со специальными врачами (смеется).
– Скоро будет четыре года, как закончился Майдан. Скажи, для Украины это время, на твой взгляд, потерянное или приобретенное?
– Потерянное, однозначно. И не только время, но и территория, человеческие жизни и много чего еще.
– Кто виноват в этом? Наш народ, который избирает таких...
– …народ виноват! Я тебе сейчас скажу, почему. Сразу после Майдана были выборы, в том числе и в местные советы. Я пошла в Киевсовет кандидатом в депутаты (я им никогда раньше не была) и увидела, что везде работает финансовая секта, раздают деньги, пайки. Она существовала и до Черновецкого, просто ему приписали гречку, и его "молодая команда" была самая яркая, наглая, красивая, умная, понимаешь? Самая запоминающаяся….
– …вспомнить некого...
– …да. Я пошла в Киевсовет кандидатом от своего округа, где я прописана с детства и где меня многие знают. Понимаешь, ну нельзя на второй день после смерти плясать на могиле, и я даже не посмела после Майдана, чисто из моральных соображений, никому ничего предлагать в финансовом плане. Хотя я узнала, сколько что стоило в очень многих районах. Ты сам шел тогда на выборы, и все это прекрасно знаешь…
– …да…
– …и я очень расстроилась, что никаких выводов люди не сделали.
– То есть проблема в народе, в людях?
– Я думаю, что в народе, да. Помнишь, как кто-то из американских президентов сказал, что если ты хочешь помочь Америке, то помоги себе. Вот я себе и помогаю, не сижу ни у кого на шее...
– …не ною…
– ...да, я занимаюсь своими делами...
– …не клянчу…
– …не клянчу, не получаю никаких дотаций. Кстати, я родила двоих детей во время экономического кризиса, войны – в тяжелое время. Меня все отговаривали, просили подождать, утверждали, что сейчас это невозможно и прочее. Но на все эти аргументы я не обращала внимания и оказалась права. Вообще, если меня что-то интересует, если я чем-то занимаюсь и мне близкие люди, те, которым я доверяю, начинают давать советы (я их, в принципе, не спрашиваю), то очень высока вероятность, что я все сделаю ровно наоборот.



– Я тебе задам последний вопрос, ответь, да или нет...
– …а что, мы уже заканчиваем эфир?
– Да. Надежда у нас есть, скажи?
– Надежда есть всегда...
– …у Украины…
– Знаешь, кто-то из великих сказал, что все всегда заканчивается хорошо. Если все закончилось плохо, значит это еще не конец. Ждите и работайте над тем, чтобы все было хорошо.
– Это хорошая концовка нашей беседы. Спасибо, Ирена!
– Спасибо.



Записала Виктория Добровольская